«Вторая по важности фигура во французском суде — адвокат.
      Как бы незначительно ни было дело, адвокат считает своим долгом многословие, пафос, широкие жесты, изыскания во тьме времен, его слушают, как актёра в театре.
      Впрочем, председателю это представление не мешает заниматься своим делом, переговариваться с сотрудниками, писать.
      Это не мешает ему по окончании речи качнуться направо и налево к двум другим судьям, древним старцам, мало чем отличающимся от египетских мумий, и небрежно произнести:
      Три года, идите, мой друг! Уберите его, жандармы».

«Всякое правительство, действующее без согласия тех, кем оно правит, — вот исчерпывающая формула рабства».

«Обвинить можно и невинного, но обличить только виновного».

«Там, где кончаются законы, начинается тирания».

«Если у вас начинается дрожь негодования при каждой несправедливости, то вы мой товарищ».